Ссылки доступа

Самые страшные кошмары западного человека по поводу жестокого мира восточных бородачей сбываются: некий Халед аль-Хамад, командир отряда сирийской оппозиции прилюдно вскрыл труп убитого врага, вытащил оттуда окровавленное сердце и откусил кусочек. Антропофагское видео с гринуэеевским сюжетом мгновенно разошлось в сетях, вызвав вполне естественное возмущение.

Как же так? – вопрошали на Западе, -- мы поддерживаем этих отважных борцов с кровавым режимом Асада, а они балуются каннибализмом? Те, кто не любит Запада, ехидничает, мол, вот вам эти демократы и гуманисты, чем они лучше Асада? Официальная сирийская оппозиция отмахивается от «изолированного инцидента», сурово порицая злодея. Наконец, некоторые даже высказали сомнение: а вдруг перед нами еще один эпизод в пропагандистской войне Асада против его врагов? Не подделка ли это?

На последнее ответил сам аль-Хамад, подтвердив факт собственного символического каннибализма в интервью (по Скайпу. Вы чувствуете, что мы уже бесповоротно вступили в дивный новый технологический мир? жуют сердца поверженных врагов и дигитально сообщают о сем онлайн!) журналу «Тайм». По словам революционера, его разъярило видео на мобильнике (опять век высоких технологий!) убитого: там алавит (то есть, представитель религиозной группы, поддерживающей Башара Асада) издевался над тремя женщинами.

Аль-Хамад не сожалеет о содеянном; более того, он похвастался: «Надеюсь мы убьем их всех. У меня есть еще одно видео, которое я им пошлю. На этом видео я перепиливаю еще одного шабиха (боец военизированного проправительственного формирования) пилой. Такими пилами мы пилим деревья. Я распилил его на большие и маленькие кусочки. Мы сняли все это, надеюсь, после этого они никогда не вступят на землю Абу Саккара».

Абу Саккар – прозвище самого Халеда аль-Хамада, одного из командиров так называемых «Бригад Фарука», образовавшихся в пригороде города Хомс. «Бригады Фарука» известны своей прекрасной боевой подготовкой и серьезными ресурсами – их поддерживает Катар и даже Саудовская Аравия. Впрочем, относительно недавно отряд Абу Саккара откололся от «Бригад Фарука», расширив свое название до «Бригады Омара аль-Фарука».

Главный враг этих повстанцев – уже помянутые алавиты и ливанская группировка «Хезболлах», та самая, что воюет с Израилем и поддерживается Ираном. То есть, исходя из несложной логики «враг моего врага -- мой друг», Абу Саккар – «хороший парень». И тут такое… Зверства сопровождают революционные события в арабском мире последних трех лет; слава Богу, разного масштаба. Войска Каддафи жестоко усмиряют восстание – и сразу после этого самого Каддафи радостно забивает насмерть ликующая революционная толпа. В Каире Мубарак насылает на протестующих банды мелких уголовников, а сами борцы за свободу насилуют женщин, не отходя от места революционной борьбы. Что творится в Сирии и пересказывать бессмысленно – кровавая бойня, причем, с обеих сторон.

Казалось бы, в таком контексте к жестокости не привыкать, но случай с надкусанным сердцем все же стоит особняком. Он не то, чтобы расстраивает, или вселяет отвращение и гнев, он ставит в тупик. В попытках как-то сгладить ситуацию, разные стороны, вовлеченные в сирийский конфликт, предпринимают довольно неловкие попытки. Так некий Ясир Таха сообщил британской газете «Гардиан», что асадовские бойцы изнасиловали и убили родственницу Абу Саккара; более того, мститель не от вражьего сердца откусил кусочек, а от легкого (здесь уже требуется вмешательство испытанного антрополога и специалиста по каннибалистским ритуалам – то есть, сердце нехорошо, а легкие – запросто?).

HumanRightsWatch, благодаря которой эта история вообще стала достоянием западного мира (эксперты организации опознали главного героя), призвали руководство сирийской оппозиции не только осуждать подобные вещи, но и принять самые строгие меры. Однако в худшей ситуации оказались Франция и особенно Великобритания, которые настаивают на снятии эмбарго Евросоюза на поставки оружия в Сирию (читай, сирийским повстанцам). В среду некий чиновник Форин Оффис поразил всех парадоксальным заявлением: беда в том, что оружие в Сирии идет всем, кроме «хороших парней». Оттого, мол, происходят мелкие неприятности, вроде актов каннибализма: «Все там получают оружие, кроме хороших парней…Это значит, что люди более и более радикализируются».

С логикой здесь не очень хорошо: сложно объяснить связь между присутствием оружия и умеренными взглядами (и наоборот, между отсутствием оного и радикализмом). Плюс к этому, Абу Саккар и его соратники, кажется, на недостаток автоматов и гранатометов не жалуются… Наконец, кто даст определение «хорошим парням»? Это те, кто против «плохих»? Или «хорошесть» заключается в чем-то ином, она имманентна? Тогда получается, что в Сирии воюют одни плохие против других, а хорошие смотрят на это дело и радикализируются, так как им не прислали пулеметов. В таком случае, если следовать этой логике, поставка вооружения в Сирию превратит гражданскую войну с участием (условно говоря) двух сторон уже в полный (как минимум) трехсторонний хаос.

Конечно, перед нами трагедия. Трагедия с которой сознание современного западного человека справиться просто не может. Причина неспособности – в переплетении двух распространенных и неотрефлексированных до сих пор заблуждений этого сознания. Оба заблуждения достались ему по наследству, одно постарше, другое помоложе. Во-первых: автоматически-позитивное восприятие любой революции. Если свергать старую власть – это хорошо; чем больше народу участвует, тем лучше. Такое заблуждение коренится в традициях конца XVIII—начала XIX века, когда рушились монархии и образовывались национальные государства.

Любое восстание прочитывалось образованной частью общества как героическая борьба за свободу, пусть она и приводила к гильотинному конвейеру, крайнему национализму, а, в итоге, к фашизму. В двадцатом веке эта революционная мифология несколько поостыла (после октября 1917-го), однако теперь она сфокусировалась на землях за пределами Западной Европы и Северной Америки. Внутри себя западный мир революции не жалует (по крайней мере, после парижского мая 1968-го их предпочитают квалифицировать как «массовые беспорядки» и проч.), зато обожает сочувственно наблюдать за ними на экзотическом фоне. Что сирийцу хорошо, то британцу карачун. Именно так проявляет себя неоколониализм современного благонамеренного западного либерала.

Второе заблуждение произрастает из времен «холодной войны» -- точнее, ее конца. Во времена противостояния СССР и Запада революционеры «третьего мира» считались, в основном, креатурами Кремля или Пекина. Чаще всего, так оно и было. Логика «холодной войны» заставляла Запад поддерживать милитаристские, антидемократические коррумпированные режимы в Африке, на Ближнем Востоке, в Латинской Америке, всех этих заскорузлых батист со стресснерами, против романтических борцов за все хорошее против всего плохого.

Собственно говоря, первый удар по этой системе нанесла Вьетнамская война, второй – Афганистан, когда Запад был вынужден поддерживать густобородых исламистов против поддерживаемых СССР гладко выбритых модернизаторов. Наконец, Советский Союз рухнул, «холодная война» закончилась и Западу пришлось срочно переквалифицироваться из защитника существующего в «третьем мире» порядка в его сокрушителя. Символическая дата здесь – 9/11; происхождение Усамы бин Ладена из духа борьбы с коммунизмом напугало многих, оттого и была предпринята окончательная смена курса.

И в том, и в другом заблуждении «третий мир» (и часть его -- условный «Восток») играет роль объекта манипуляций (ментальных или политических, неважно), объекта, за которым никак не хотят признать статус «субъекта». Этими людьми удобно манипулировать -- до тех пор, пока ты не знаешь (не хочешь знать), чего же они на самом деле хотят: конституции или, быть может, севрюжины с хреном (или, к примеру, пожевать тепленький труп врага). Узнав же, можно не на шутку перепугаться, развести руками и сказать: «Ну тогда Бог с ними, пусть сами разбираются!».

Вот это-то и невыносимо для западного сознания: оставить прочих в покое и заняться самими собой. Поэтому ему только и остается обсуждать детали, вроде того: что же именно надкусил Абу Саккар – легкие или, все-таки, сердце? P.S. Людям, рассуждающим о «варварстве» неведомых им неевропейских народов, предлагаю обратиться к недавней истории европейского континента -- с ее всевозможными прелестями в виде Освенцима. Или почитать «Колымские рассказы». Страшны не арабы, или немцы, или русские; люди страшны.

Кирил Кобрин
Совместный проект Полит.ру и Радио Свобода - о том, из чего сделана Европа
XS
SM
MD
LG