Ссылки доступа

На страницах издания The National Interest старший эксперт американского исследовательского центра Карнеги Томас де Ваал в статье «Губительное тайное государство России» затронул проблему демократизации в России и ее влияния на другие постсоветские страны, негативной роли КГБ и его кадров во власти. При этом, автор проводит примечательные параллели с «глубинным государством» (deep state) в Турции.

Представляем статью в переводе на русский из сайта издания Иносми.ру.

«Двадцать лет тому назад провалился путч против Михаила Горбачева, изменивший мир. Сначала организовать, а потом испортить такой масштабный государственный переворот – это было равноценно коллективному самоубийству со стороны советских сторонников жесткой линии. Путч стал лебединой песней советского истэблишмента из сферы безопасности (которую они спели под аккомпанемент «Лебединого озера», транслировавшегося по первому телеканалу). Хотя номинальным лидером состоявшего из восьми человек ГКЧП был вице-президент Геннадий Янаев, в его составе были три силовика, составлявших основу механизма безопасности и обороны страны: министр обороны Дмитрий Язов, министр внутренних дел Борис Пуго и председатель КГБ Владимир Крючков. Власть ускользала у них из рук, и они знали это. К счастью для всего мира, поняли они это слишком поздно.

Борис Ельцин лишил этот истэблишмент клыков и когтей, но не демонтировал его. КГБ переименовали (причем делали это несколько раз), но чистке не подвергли ни разу, и его кадровые офицеры продолжали там работать. Но тот мир, в котором они действуют, изменился раз и навсегда.

Поразительный пример в этом отношении подает Турция. В последнее десятилетие премьер-министр этой страны Реджеп Тайип Эрдоган поставил перед собой задачу посрамить и принизить военный истэблишмент, который в свое время посрамил и принизил целый ряд гражданских правительств. Кульминационный момент в этой истории наступил в августе текущего года, когда Эрдоган заставил уйти в отставку все военное командование страны. Но структуры внешней безопасности Турции являются основой чего-то более глубокого. У современной Турции есть свой секретный механизм, который состоит из силовиков, представляющих армию и спецслужбы. Он носит название «тайное государство» и представляет собой группу фанатиков, посвятивших свою жизнь отстаиванию едва ли не священной концепции кемалистского государственного порядка и избавлению страны от либералов, марксистов и исламистов, которые этой стране угрожают. «Тайное государство» связано с армией и разведкой, но эти связи слишком засекречены и недоступны, и проследить их невозможно. Это «государство» до сих пор наносит иногда свои удары, как было в случае ужасного убийства в Стамбуле в 2007 году редактора армянской газеты Гранта Динка (Hrant Dink). После него в прессе появились сообщения, что полиция защищает несовершеннолетнего убийцу Динка, скрывая улики.

Нечто подобное, похоже, произошло и в постсоветской России. В советские времена КГБ был сердцем государства. Эмблема комитета – щит и меч. КГБ получил от государства лицензию на слежку и тщательное изучение деятельности каждого гражданина, и делалось это во имя защиты безопасности СССР. После распада Советского Союза организации-преемницы КГБ не получили даже малой доли тех функций, которые выполнял комитет. Владимир Путин это человек КГБ с авторитарными инстинктами, но с точки зрения исторической ретроспективы различий между его правлением и правлением его предшественников гораздо больше, чем сходств. Он руководит обществом гораздо более демократичным, чем Советский Союз. Поездки на Запад? Владение недвижимостью? Посещение церкви? Чтение подрывной литературы? Да пожалуйста! Бывший шеф КГБ Юрий Андропов перевернулся бы в своей могиле, узнав об этом.

Но вместо этого появилось нечто похожее на «тайное российское государство», и его проявления время от времени будоражат сводки новостей. Таинственным фигурам из руководства системы безопасности приписывают убийство двух выдающихся либеральных политиков – Галины Старовойтовой в 1998 году и Сергея Юшенкова в 2003-м, а также возможное отравление третьего – Юрия Щекочихина, которое произошло также в 2003 году (обстоятельства его смерти менее понятны). Возможно, эти люди из тени действовали самостоятельно, но с молчаливого согласия и даже одобрения своих друзей, близких к властям. Нечто подобное могло произойти и тогда, когда в 2006 году в Лондоне был убит Александр Литвиненко, а в Москве Анна Политковская. Между этими убийствами очень разных людей есть нечто общее. Все жертвы являлись активными критиками российского государственного истэблишмента, и хотя по ряду дел были вынесены приговоры, найдены были лишь непосредственные исполнители, но не заказчики убийств.

Эта тенденция сохраняется. Читая о таинственном деле офицера российской военной разведки Евгения Борисова, который служит в Абхазии и который якобы установил большое количество взрывных устройств в Грузии, я сделал два вывода. Первый состоит в том, что свидетельства причастности России к этим инцидентам являются неотразимыми. Второй – президент Дмитрий Медведев и премьер-министр Владимир Путин вряд ли настолько глупы, чтобы дать указания о проведении этих мелких, гадких и контрпродуктивных операций. Если им хотелось навредить Грузии, то есть гораздо более эффективные способы сделать это. Данные акции, к счастью, нанесли мало вреда Грузии, но они нанесли огромный политический ущерб России в Вашингтоне.

Проблема, которую ветеран КГБ Владимир Путин помогает культивировать спустя двадцать лет после августовского путча, была незнакома Андропову и Владимиру Крючкову. Но она все равно губительна для российского государства. Это культура безнаказанности, в которой возможны незаконная деятельность и убийства, даже если на их осуществление нет прямых указаний сверху».

Ваше мнение

Показать комментарии

XS
SM
MD
LG