Вчера смотрел новостной выпуск канала «Россия-24». Меньше всего меня смутил накал страстей и патриотический угар. Собственно, для того я и включил российский телеканал, чтобы своими глазами увидеть, что же так влияет на сознание людей, его смотрящих. «Россия, Россия!», «Проклятые фашисты!», «Беркут, Беркут!» и прочие лозунги – все это было ожидаемым. Меня поразил лишь эпизод, когда ведущий вдруг начал объяснять телезрителям, что страны Европы, де, совсем не рады новым украинским властям. В качестве обоснования приводилось то, что экстренная (на этом слове голос ведущего взлетел) встреча глав МИД стран Евросоюза назначена на понедельник (опять повышение интонации)!
Нет, уважаемые! Все совсем не так. Европейские страны сегодня арестовывают счета бывших украинских чиновников, и возглавляют списки попавших под санкции смещенный президент Виктор Янукович, его сын, генпрокурор Пшонка и иже с ними. Сегодня Запад напрямую связывается с премьер-министром Украины Арсением Яценюком, которого в России называют меж тем новым Адольфом Гитлером. Забывая о том, что в правительствах Украины Яценюк занимал посты министра экономики в 2005-2006 годах, министра иностранных дел в 2007-м и был председателем Верховной рады Украины в 2007-2008 годах. Биография настоящего экстремиста, ничего не скажешь.
Your browser doesn’t support HTML5
За все придется платить
Я вовсе не отрицаю наличие на Майдане радикальных украинских националистов и не испытываю к ним никаких симпатий. Однако их поддержка протестного движения вовсе не отменяет легитимность всего протеста. С легкой руки российских пропагандистов сотни тысяч вышедших против Януковича записали в экстремисты.
Вообще, вопрос легитимности стоит прояснить особо. Легитимность не определяется правом и не является юридическим фактом, это достаточно сложное социально-психологическое явление. Можно говорить о противозаконности революции, о ее «нелегальности», но не о нелегитимности. Власть наделена полномочиями и обладает репрессивным аппаратом, который она применяет при нарушении закона. Когда власть теряет легитимность, т.е. признание в массах, тогда ее возможности по применению насилия резко сокращаются. Революция тем и отличается от переворота, что совершается массами и с одобрения масс. Власть Януковича нелегитимна именно потому, что широкие массы выступили против него. И еще: легитимный президент в изгнании – это нонсенс! Если речь не идет об иностранной оккупации, конечно.
Разумеется, легитимность новых властей в отдельных регионах Украины сегодня тоже под вопросом. Это и есть кризис легитимности, который сопровождает революции. Однако к России это все не имеет никакого отношения!
Я прекрасно понимаю, почему российским пропагандистским СМИ хочется представить все так, будто в мире как бы с пониманием относятся к действиям России и только традиционная русофобия не дает западным правительствам согласиться с российской интервенцией на Украину. Российскому обывателю объясняют, что, мол, все как с Южной Осетией и Абхазией. Покричат-покричат, но сделать ничего не смогут. Иными словами – платить не придется...
Предупреждение Барака Обамы о том, что за интервенцию в Украину придется заплатить, многим показалось слишком мягким и даже банальным. В конце концов, за все в жизни приходится платить, и если цена устраивает, – плати и иди дальше. Однако я бы отнесся к словам американского президента с большим вниманием.
Война будет стоить России очень дорого. И первый транш будет уже завтра, когда откроются финансовые рынки. Наказывать Россию будут не по поручению Барака Обамы, а по законам рынка. Сегодня финансисты делают ставки на то, как быстро будут остановлены торги на биржах из-за резкого падения котировок и каков будет курс доллара и евро к рублю. (Они же делятся соображениями о том, как обогатятся знавшие об украинском сценарии Путина.) Дальше придется платить оттоком капитала и потерей инвестиций в будущем. Это все помимо возможных экономических санкций стран Запада в отношении России.
Но куда большую цену придется платить в сфере политики. Россия совершает крайне опасный шаг, делая ставку на русское население в соседних странах, используя его для дестабилизации обстановки и подстрекая к сепаратизму. Любая постсоветская страна с русской диаспорой будет смотреть на этнических русских как на пятую колонну. Сейчас любят проводить аналогии, и я тоже приведу одну цитату: «Более десяти миллионов немцев живут в двух государствах, расположенных возле наших границ... В интересы германского рейха входит защита этих немцев, которые живут вдоль наших границ, но не могут самостоятельно отстоять свою политическую и духовную свободу», – Адольф Гитлер, 1938 год. Для немцев Чехословакии и Польши политика гитлеровской Германии по защите соотечественников и собиранию земель обернулась страшной трагедией – массовой депортацией после Второй мировой войны.
Россия чувствует себя сильной и хочет вести себя как сверхдержава. Когда на экстренном заседании Совета безопасности ООН российский посол Виталий Чуркин отчитывал посла Украины за то, что Майдан не договорился с Януковичем, он наверняка чувствовал себя хозяином положения. Однако Чуркин же отрицал наличие российского контингента в Крыму, в то время как все знают, что он там есть и далеко за пределами зон, разрешенных для пребывания российским военным. Значит, российский посол понимает, что страна, которую он представляет, не всесильна. Ему стоило бы помнить, что Россия точно не может себе позволить противостоять всему миру.
Но хуже всего, что весь мир рискует превратиться в весьма неуютное место. Россия в 2008 году стремилась подчеркнуть легитимность своих действий в Южной Осетии, указывая на миротворческий мандат, гибель мирного населения и тот факт, что начал войну грузинский президент Михаил Саакашвили. Сегодня ничего подобного нет и в помине – посол Чуркин пытается объяснить операцию на Украине только возможным риском для русского населения!
Война на Украине (гарантом независимости и территориальной целостности которой, согласно Будапештскому соглашению, выступают США, Россия и Великобритания) по таким превентивным основаниям может ознаменовать окончательное крушение системы международного права и обессмыслит существование большинства международных институтов. Пока еще не перейден Рубикон, России необходимо остановиться.