Ссылки доступа

Журналист из Новой Зеландии поговорил с «потомком Распутина»


Виктор Пролубщиков называет себя потомком Распутина. Уроженец той же деревни, он уверяет, что унаследовал от знаменитого предка целительские способности, хотя в деревне их родство оспаривают

"Распутина-то? Конечно, вон там он живет, через три дома, вон где дым из трубы идет".

Это была не сама точная наводка, но продавщица продуктового магазина в селе Покровское ни минуты не колебалась, когда я спросил ее, где живет потомок едва ли не самого знаменитого уроженца Сибири. Именно здесь родился и вырос Григорий Распутин, развратный прозорливец и целитель, околдовавший российскую императорскую семью. Здесь же и обитает Виктор Пролубщиков, которого местные называют просто "Распутиным".

Я постучался в дверь старого бревенчатого дома, в ответ раздалось глухое ворчание и подозрительный вопрос: "Кто там?"

Когда дверь отворилась, на пороге стоял мужчина, волосы и борода которого довольно показушно зачесаны под знаменитого "родственника". Но выпученные, гипнотические глаза и нос, которые современники Распутина описывали "будто по нему лопатой ударили", были абсолютно те же.

Распутин в окружении поклонниц. Распутин, сексуальная разнузданность которого постоянно обсуждалась в прессе, пользовался не только услугами уличных проституток, но и благосклонностью светских дам

Распутин в окружении поклонниц. Распутин, сексуальная разнузданность которого постоянно обсуждалась в прессе, пользовался не только услугами уличных проституток, но и благосклонностью светских дам

Григория Распутина убили 100 лет назад, в декабре 1916 года. Своим невероятным взлетом – из крестьянской избы в глухой Сибири до царских покоев – он обязан царской семье. Особенно императрице Александре Федоровне, которая искренне верила, что он может излечить больного гемофилией наследника престола царевича Алексея. Для единственного наследника мужского пола даже кровь из носа могла стать смертельной.

Деревенщина, распутник и пьяница – приближенный царской семьи возмутил российское общество. После вступления России в Первую мировую войну даже сама мысль, что Распутин мог как-то влиять на государственные дела, была нестерпима. Авторитет царской семьи, и так невысокий из-за постоянных кризисов, окончательно был подорван. По мнению многих, Распутин подвергал риску весь общественный строй империи. Так или иначе, от него необходимо было избавляться.

Виктор Пролубщиков не делает тайны из своего происхождения. "Моя прабабка была горничной Распутина. Думаю, она с ним согрешила", – говорит он, пока мы курим, сидя за старым деревянным столом.

Жители Покровского в отношении родства Пролубщикова с Распутиным во мнениях расходятся.

"Мы выдергиваем у него пряди из бороды – на счастье", – говорит Татьяна Пшеничникова, продавщица, указавшая дорогу мне к дому "Распутина". У нее нет никаких сомнений, что он действительно его потомок.

Но владельцы музея Распутина, расположенного в деревне, уверены, что Виктор просто на него похож.

Так выглядело село Покровское в 1912 году, когда Распутин только входил в доверие императорской семьи. Церковь снесли в советское время, дом Распутина – тоже

Так выглядело село Покровское в 1912 году, когда Распутин только входил в доверие императорской семьи. Церковь снесли в советское время, дом Распутина – тоже

До Виктора я добрался вечером, да и мой русский не на столько хорош для полноценного интервью, поэтому на следующий день я вернулся уже с переводчиком. Виктор был уже в стельку пьян и все попытки записать его на видео оказались безуспешными. После невразумительного бормотания про целительские способности, я подловил его на слове и уговорил "исцелить" мою спину. "Это у меня генах", – уверял он.

Театрально и немного пугающе Виктор начал водить руками вдоль моего позвоночника, бормоча что-то про демона, который скрывается между лопатками. Он хлопнул в ладоши и прорычал: "Изыди!" Я почувствовал что-то наподобие легкости после медитации, а Виктор, вероятно, обессилевший после "ритуала", повалился в кресло.

Но как только разговор заходит о смерти Распутина, Виктор яростно оживляется: "Сначала они [российские дворяне] одевались, как он, приглашали его к себе на обеды, а потом вдруг решили его убить. Это неправильно. Он был добрый человек".

Виктору 67 лет, и он на 20 лет старше Распутина: того убили в 47 лет. Виктор говорит, что когда-то тоже пользовался невиданным успехом у женщин, но теперь у него с этим проблемы. "Теперь у меня если что-то и поднимается, то только давление", – говорит он

Виктору 67 лет, и он на 20 лет старше Распутина: того убили в 47 лет. Виктор говорит, что когда-то тоже пользовался невиданным успехом у женщин, но теперь у него с этим проблемы. "Теперь у меня если что-то и поднимается, то только давление", – говорит он

В ночь 29 декабря (по новому стилю) 1916 года князь Феликс Юсупов и два его сообщника, одним из которых был племянник Николая, заманили Распутина на поздний ужин, пообещав, что там будет присутствовать жена Юсупова, красавица Ирина Романова. Это единственное, что было точным. Детали всего, что стало после – разнятся. Как рассказывал сам Юсупова, пироги с ядом и отравленное вино не оказали на Распутина никакого воздействия, и Юсупову ничего не оставалось, как выстрелить ему в сердце.

Распутин рухнул, но потом, как какой-то "сатана в мужицком облике" вскочил на ноги, набросился на Юсупова, а потом "хрипя и рыча" выбежал на улицу. Заговорщики бросились за ним и стали стрелять ему вдогонку. Одна из пуль попала в мозг. Существует теория о причастности к убийству британских секретных служб, однако документально подтвердить ее невозможно.

В культуру прочно вошла версия событий, рассказанная Феликсом Юсуповым – тоже, впрочем, сомнительная: велика вероятность, что он надеялся заработать на своей книге, в связи с чем хладнокровно спланированное убийство невооруженного человека обросло необычайными деталями.

Историки отмечают сходство юсуповской версии с рассказом Достоевского "Хозяйка". Никто уже не узнает, что произошло в подвале юсуповского особняка сто лет назад, но Виктор прекрасно помнит самые жуткие подробности этого злодейского убийства.

"Они его били! Он уже мертвый лежит, а они все бьют его!", – мотал головой Виктор. Алкоголь и чувство несправедливости ввергло его в меланхолию.

Вскоре наш визит подошел к концу. Виктору как-то надо было отплатить за "сеанс". Втроем мы пошли в ближайший магазин, где потратили около $20 на продукты. Но Виктор остался недоволен.

"Где водка?"

Нервничая, что нарушу неписанное журналистское правило – не покупать пьяному выпивку, я пытаюсь убедить его, что в пакете в его руках находятся хорошие рыба и сыр. Но ситуация только накалялась. "Нет, нет, нет! Мне нужна водка!", – кричит он.

Довольно жалким тоном я пытаюсь объясниться: "Виктор, я журналист. Это не…"

Тут он топает ногой, замахиваясь на нас: "Я вас прокляну! Чтоб вы разбились по дороге домой!"

Но тут ситуацию спасла моя распаниковавшаяся переводчица. "Я не журналист", – убегая обратно в магазин сказала она. Получив свои поллитра, Виктор просветлел, сжал мою руку в знак примирения и, попрощавшись, побрел домой.

«Настоящее время»

XS
SM
MD
LG